Острое бессмыслие – симптоматология и течение
Клиническая картина, описанная Meynert'oM, довольно многообразна, но самыми существенными ее признаками являются помрачение и затруднение процессов сознавания, более или менее значительное нарушение сочетательных реакций в форме астенической ассоциативной атаксии и наличность двигательных и чувствительных явлений раздражения. Кгае-р е 1 i n определяет аменцию как заболевание с острым или подострым развитием, выражающееся всноподобной спутанности с иллюзорным и галлюцинаторным извращением восприятий и двигательным беспокойством.
Особенно часто острое бессмыслие развивается после пергнесенной инфекционной болезни, иногда через значительный промежуток времени, измеряемый несколькими месяцами; чаще других 3 1болевание сочетается с гриппозной инфекцией (Mayer-Gross), с послеродовым и ЛАКтационным периодом (Furstner); оно обусловливается также состояниями длительного и тяжелого голодного истощения. Жалобы больных в периоде предвестников довольно неопределенны и нехарактерны: головные боли, тяжесть в голове, шум и свист в голове, в ушах, общее плсхое самочувствие, бессонница, кошмарные сновидения, неопределенное бе:покойство, путаница в мыслях, затрудненность соображения, временами приступы сильного страха; наблюдается повышенная раздражительность, плаксивость, капризное поведение, отсутствие аппетита. Период предвестников бывает непродолжительным — он протекает в два-три дня, но может затягиваться на две-три недели; болезнь в одних случаях быстро и непрерывно нарастает в своем течении, в других дает кратковременные вспышки, прерывающиеся интермиссиями.
Период развития и расцвета болезни выражается в общем двигательном возбуждении беспорядочного характера и часто с агрессивными наклонностями: больные вскакивают с постели, сбрасывают одеяло, платье, нападают на окружающих, на ухаживающий персонал, на врачей, кричат, плюют; аффекты страха, а иногда у*аса, часто аффекты гнева, нередко эпизодическое угнетение, слезы; состояние возбуждения может достигать степени неистовства, при котором, помимо нападений на окружающих, бывают и случаи членовредительства — больные рвут на себе волосы, царапают лицо, рвут одежду, белье; неопрятность. Возбуждение больных то держится стойко, то сменяется периодами покоя, снова вспыхивая временами, но бывают случаи, когда оно вообще выражено слабо. Также и со стороны речи — то наблюдается речевое возбуждение, то его нет; однако, для острого бессмыслия представляется характерным не речевое возбуждение или его отсутствие, а отражение в речи свойственной :-тим больным астенической или адинамической ассоциативной атаксии, обусловленной первичным поражением нервных элементов коры; вследствие этого сочетательные процессы протекают неправильно, неравномерно, закономерная связь между ними нарушается, отдельные звенья ассоциативной цепи выпадают; поэтому и речь больных отличается бессвязностью, часто состоит из бессмысленных фраз, из набора ничего не выражающих слов, не дающих никакого представления о том что хочет выразить больной; это дало повод Meynert'y говорить о псевдофазической спутанности аментивных больных. Больные часто бранятся самыми неприличными словами, при наблюдаемом у них иногда эротизме их речь производит поистине потрясающее впечатление беспрестанным выкрикиванием самых циничных слов; например, одна из наших больных на ряду с такими словами все время выкрикивала: „дай.е мне сто один хох, не надо мне сто одного хоха".
Часто больные производят впечатление растерянности и беспомощности, явно не ориентируясь в окружающей обстановке и во времени, что видно из их недоумевающей мимики и вопросов, а также из их ответов на предлагаемые им вопросы. Их комбинаторные способности резко страдают при относительно удовлетворительном воспринимании ими несложных раздражителей; Wernicke хорошо подметил, что эти больные, определяя положение часовых стрелок, не в состоянии бывают сказать, который час обозначается этим положением, или, называя отдельные монеты правильно, не могут определить их суммы; они не в состоянии назвать дня, числа, месяца, года; нередко они настолько не разбираются и в собственной личности, что не называют собственного имени, не знают своего возраста, сеоих близких, не в состоянии даже определить, где они находятся, например, в лечебнице, каким образом и когда в нее были доставлены; нередко питание больных бывает затруднительным: одни из них едят хорошо и достаточно, других приходится кормить насильно, при чем они отталкивают пищу, выплевывают ее, разбрасывают; приходится прибегать к кормлению через зонд.
Поведение больных обнаруживает более или менее грубое помрачение сознания; при развитии болезненного процесса страдают не только комбинаторные и ориентировочные процессы, но сильно затрудняется и восприятие, суживаются пределы сосредоточения; Hartmann и Shroeder обратили внимание, что аментики воспринимают лишь часть сложного раздражителя (предмета), фантастически и причудливо ее обобщая, при чем к этому впечатлению, обыкновенно смутному и неясному, присоединяются впечатления из старого запаса. Еще Meynert рассматривал острое бессмыслие как сновидное состояние, последнее время эту точку зрения особенно поддерживает Mayer-Gross, говоря об онейроидных переживаниях душевнобольных, в частности аментиков; выводы эти основаны на многочисленных историях болезни и на записях показаний самих больных об их переживаниях.